Вольная грамота: когда за рекомендованные ВОЗ лекарства могут посадить в тюрьму
Вольная грамота: когда за рекомендованные ВОЗ лекарства могут посадить в тюрьму
02.03.2023 19442
На фоне введения санкций против России и обострения проблемы дефицита и дефектуры лекарств в аптеках россияне стали искать альтернативные способы приобретения медикаментов за рубежом. О некоторых из них я уже рассказывал и предостерегал о том, что при ввозе незарегистрированных препаратов могут возникнуть серьезные проблемы вплоть до уголовной ответственности. По словам экспертов, почти все подобные уголовные дела заканчиваются обвинительным приговором, а примерно половина из них связаны с лишением свободы. Как не попасть в их число?
Один предприниматель наладил поставки лекарств из Германии в Россию. Он приобретал медикаменты только в сертифицированных местах и ввозил их в Россию для последующей продажи в частном порядке физическим лицам. Очередной заказ на поставку дорогостоящего онкопрепарата поступил от сотрудника МВД, о чем, конечно, предприниматель не подозревал. При получении лекарства и передаче денег продавца задержали. Против него было заведено уголовное дело по ст. 238.1 УК РФ “Обращение фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств, медицинских изделий и оборот фальсифицированных биологически активных добавок”.
Преступление предусматривает наказание вплоть до лишения свободы на срок от трех до пяти лет со штрафом в размере от 500 тыс. до 2 млн руб. или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от шести месяцев до двух лет или без такового и с дисквалификацией на срок до трех лет или без такового.
Эту историю мне поведал адвокат Алексей Якушкин, к которому обратился предприниматель. Забегая вперед, скажу, что благодаря его помощи уголовное дело было прекращено, однако для этого пришлось проделать огромную работу, даже делать запрос во Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ). Но обо всем – по порядку.
Распространение коронавирусной инфекции в России поставило перед медицинским сообществом множество задач. Одну из них постарался решить премьер-министр Михаил Мишустин, разрешив лечение COVID-19 незарегистрированным лекарством, полученным в дар из Китая (распоряжение Правительства РФ от 16.04.2020 №1030-р). Это вызвало массу вопросов у участников рынка и общественности. Дело не только в эффективности средства, но и в том, что статьей 238.1 Уголовного кодекса России предусмотрена уголовная ответственность за ввоз, сбыт незарегистрированных лекарственных средств и медицинских изделий.
Данная статья вступила в силу в январе 2015 года. За восемь лет сложилась следующая судебная практика: в подавляющее число выносятся обвинительные приговоры, примерно половина из которых предусматривает реальное отбывание наказания в колонии, а другая половина – условное наказание, рассказал Якушкин. Небольшая часть дел возвращается прокурору, а в единичных случаях уголовные дела прекращаются.
“Диспозиция уголовно-правовой нормы ст. 238.1 УК РФ содержит такие термины, как лекарственное средство и медицинские изделия, – говорит Якушкин. – Стало быть, предмет доказывания по данным уголовным делам должен определяться исходя из комплексного толкования ст. 73 УПК РФ и ст. 4 закона от 12.04.2010 №61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств».
По его словам, учитывая специфику данного вопроса, главным доказательством при расследовании уголовного дела по данному преступлению является судебная химико-фармацевтическая экспертиза. Только экспертиза способна во всем многообразии медицинских препаратов разграничить именно лекарственные средства и ответить на вопросы: зарегистрировано ли оно (или медицинское изделие) на территории России; подтверждено ли его качество; имеет ли признаки фальсификата.
Пленум Верховного Суда в постановлении от 25.06.2019 №18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 Уголовного кодекса Российской Федерации» и НИИ Криминалистики Московской академии СК РФ в Методических рекомендациях об «Особенностях расследования преступлений, связанных с оборотом фальсифицированных и недоброкачественных лекарственных средств, медицинских изделий и биологически активных добавок» пришли к общему выводу о необходимости проведение экспертиз по данной категории дел.
“К сожалению, следственные органы идут в обход уголовно-процессуального законодательства, судебной практики и ведомственных указаний”, – рассказал Якушкин.
Если лекарственное средство не внесено в Единый реестр зарегистрированных лекарственных средств стран ЕАЭС, вы привозите его исключительно с целью реализации иным лицам, а не для личного пользования, и не получили заключения на ввоз, вывоз и транзит отдельных товаров, утверждено Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 16.05.2012 N 45 "О единой форме заключения (разрешительного документа) на ввоз, вывоз и транзит отдельных товаров, включенных в единый перечень товаров, к которым применяются меры нетарифного регулирования в торговле с третьими странами, и методических указаниях по ее заполнению", то ваши действия могут образовать состав административного правонарушения или уголовно наказуемого деяния, предупреждает Алексей Якушкин.
Как понять в каких ситуациях будет грозить административное наказание по ст. 6.33 КоАП РФ (влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от 70 тыс. до 100 тыс. руб., а для ИП – от 100 тыс. до 600 тыс. руб), а в каких – уголовное преследование по ст. 238.1 УК РФ? Граница пролегает по величине стоимости лекарственных средств – менее 100 тыс. руб. образуют состав административного правонарушения, более 100 тыс. руб. – преступления. При этом решения о возбуждении уголовного дела принимаются в подавляющем большинстве случаев по материалам оперативно-розыскной деятельности, которые чаще всего фиксируют сбыт только одного лекарственного средства стоимостью выше 100 тыс. руб., делится опытом Якушкин.
Товароведческую оценку иных изымаемых средств следствие не производит, хотя в окончательной фабуле обвинения стоимостную оценку изъятого лекарства включает, констатирует мой собеседник. При этом предназначение данных препаратов, как и роль лиц, у которых они обнаруживались, вызывает у следствия слабый интерес.
“В деле, по которому я осуществлял защиту доверителя, речь шла о поставке в Россию лекарственного средства "Keytruda 50 mg" производства "Merck Sharp & Dohme Limited", содержащего пембролизумаб, стоимостью более 107 тыс. руб., – комментирует Якушкин. – Эти лекарства были качественными, предназначались для лечения онкологического заболевания, и сопоставимых аналогов на территории России не имели. Вместе с тем заключения, предусмотренного на территории ЕАЭС, получено никем не было, в едином реестре лекарственных средств ввезенное лекарство не находилось”.
В ходе судебного разбирательства по уголовному делу по настоянию адвоката был направлен судебный запрос в ВОЗ, из ответа на который следовало, что действующее вещество ввезенного лекарства рекомендовано организацией.
“Ни следователь, ни прокурор этот аспект во внимание принимать не хотели, – отметил Якушин. – Зато суд его во внимание принял и прекратил уголовное дело”.
Остается добавить, что обращение незарегистрированных медикаментов ради повышения доступности россиянам лекарственной помощи на практике сопровождается и другими проблемами, которые требуют незамедлительного решения. Потому что пока что ситуация в точности соответствует известному изречению Виктора Черномырдина: “хотели как лучше, а получилось как всегда”.
