07.07.2025 9013

В Госдуме в очередной раз вернулись к вопросу возрождения лечебно-трудовых профилакториев (ЛТП) для принудительного лечения и реабилитации больных наркоманией. Эти учреждения были упразднены в 1994 году, однако с тех пор достойной альтернативы им, судя по всему, найдено не было. По мнению члена Комитета по охране здоровья Султана Хамзаева, текущие демографические интересы нации требуют принятия подобных мер.

Инициатива о возрождении ЛТП прозвучала после доклада одного из участников круглого стола, прошедшего 26 июня в Госдуме, о положительном опыте реабилитации осужденных за преступления, связанные с оборотом наркотиков. В 2018 году в Северной Осетии были объединены наркодиспансер и наркологический реабилитационный центр. В составе Республиканского наркологического диспансера (РНД) образовались отделение медицинской реабилитации и два отделения социальной реабилитации, через которые проходит в год порядка 500 человек. По словам главного внештатного нарколога минздрава Северной Осетии, главного врача ГБУЗ РНД Александра Газаева, если пациент проходит исключительно медикаментозное лечение, высока вероятность возврата к употреблению наркотиков. Только 3-5% больных в состоянии справиться с зависимостью после снятия абстиненции.

“Большинству необходима реабилитация, которая у нас продолжается обычно от месяца до полугода, — объясняет главный врач. — За это время пациент восстанавливается, обрастает социальными связями, получает трудовую реабилитацию. Вероятность срыва уменьшается в десятки раз”.

Реабилитационное отделение № 1 располагается в живописном месте в горах — в поселке Холст. До ближайшего населенного пункта — 15 км. Отделение № 2 — расположено в селении Горная Саниба. Здесь организовано фермерское хозяйство, размещена пасека и созданы строительные бригады. Благодаря изолированному местоположению в горных поселках исключена возможность общения пациентов со своей прежней наркогенной средой.

Среди сотрудников РНД есть те, кто когда-то проходил здесь лечение и реабилитацию. Им проще подобрать слова, чтобы мотивировать пациентов завершить полный курс прохождения реабилитации. После успешной реабилитации некоторые устраиваются на работу в РНД, другие открывают свои ИП, трудоустраивают лиц, прошедших лечение и реабилитацию в наркодиспансере. В этих организациях не курят, не пьют, не употребляют наркотики. 

“Мы их курируем, - рассказывает Газаев. - Это важно, так как больным нашего профиля в обычном коллективе трудно адаптироваться и они, к сожалению, часто срываются”. 

В 2019 году специалисты Национального медицинского исследовательского центра психиатрии и неврологии имени В.М. Бехтерева провели аудит работы Северо-Осетинского центра и рекомендовали распространить опыт республики по реабилитации пациентов.

По словам Газаева, сегодня за социальную реабилитацию отвечает Минтруд. Но пациенты с зависимостями — специфический контингент. От них трудно добиться добровольного согласия избавиться от тяжелого недуга, они редко реально оценивают свое состояние.

“Мы призываем к консолидации усилий в этой области. Все предложения мы подытожим и отправим в регионы и правительство”, — сказал Султан Хамзаев.

ЛТП существовали в СССР с 1964 года и в постсоветских странах как вид лечебно-исправительного учреждения. Они делились на мужские и женские. По решению суда в них направляли на принудительное лечение от наркомании и алкоголизма на срок от шести месяцев до двух лет. За побег из ЛТП была предусмотрена уголовная ответственность: до одного года тюрьмы. К концу 1970-х пациенты ЛТП составляли немалую долю подсобных рабочих на предприятиях страны: на одном только ЗиЛе в Москве их трудилось около 700 человек. Время нахождения на принудительном лечении в ЛТП засчитывалось в общий трудовой стаж, учитываемый при назначении государственных пенсий по старости. По сути, ЛТП поставляли бесплатную рабочую силу. Алкоголики работали в колхозах, на фабриках и заводах. Рабочий день длился с 8 до 16 часов с перерывами на перекур и обед.

Опыт признавали успешным, и в августе 1972-го вышел указ о создании ЛТП для наркоманов. Порядок оформления, режим содержания и работы почти не отличались от ЛТП для алкоголиков. Вопрос о направлении в ЛТП рассматривался в присутствии самого наркомана. Соответствующее постановление суда обжалованию не подлежало, опротестовать его мог только прокурор. В теории досрочное освобождение допускалось в случае тяжелого заболевания, но перечня таких недугов в законе не было. За работу жителям ЛТП платили зарплату, из которой удерживались суммы на питание, одежду, обувь и медикаменты. Остальное перечисляли семье или вносили на лицевой счет.

В результате проверки 1972 года прокуратура СССР выявила массу нарушений в ЛТП. 

“В нарушение закона во многих профилакториях не имеется собственной производственной базы, вследствие чего злостные пьяницы и наркоманы выводятся на работу за пределы профилактория на контрагентские производственные объекты и нередко работают там без какого-либо наблюдения за ними со стороны администрации лечебно-трудового профилактория”, — говорилось в отчете.

Изоляция граждан с зависимостями не была обеспечена, поэтому многие из них по-прежнему пьянствовали, нарушали общественный порядок и дисциплину, совершали побеги и правонарушения. Во многих ЛТП из-за дефицита врачей-наркологов не проводилось необходимого лечения контингента.

“Профилактории на деле не способствуют снижению доли заболевших, — считает директор Института наркологического здоровья нации Олег Зыков. — Пребывание в заключении не создает необходимых человеку навыков и нравственных ориентиров, которые помогли бы ему в жизни отказаться от спиртного. Согласно имеющимся фактам, даже после двух лет пребывания в ЛТП больные не отказывались от алкоголя”.

Выходит, время не лечит?

С 1 июля 1994 года указом президента Бориса Ельцина учреждения были упразднены. Вместе с тем в настоящий момент ЛТП существуют только в Туркменистане и Белоруссии. Среди оснований для помещения белорусов в ЛТП: если в течение года они два и более раз привлекались к административной ответственности за совершение административных правонарушений в состоянии алкогольного опьянения или в состоянии, вызванном потреблением наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов, токсических или других одурманивающих веществ. Если они обращались в организации здравоохранения для оказания медицинской помощи в связи с отравлением, вызванным потреблением наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов, токсических или других одурманивающих веществ, и у которых по результатам медицинского освидетельствования выявлено (подтверждено) заболевание хроническим алкоголизмом, наркоманией или токсикоманией. Направление граждан в ЛТП осуществляется на основании решения суда. 

Идея ренессанса ЛТП муссируется на протяжении многих лет, но воз, как говорится, и ныне там. Еще в 2008 году тогдашним министром внутренних дел Рашидом Нургалиевым было предложено создать систему принудительного лечения граждан, страдающих алкоголизмом. Его поддержал первый заместитель председателя комитета Госдумы по охране здоровья Николай Герасименко. В 2014 о возрождении ЛТП заговорила партия “Единая Россия”. Однако премьер-министр Дмитрий Медведев идею не одобрил: создание ЛТП невозможно по причине запрета принудительного лечения международными конвенциями. 

В 2019 году с аналогичным предложением заново выступил депутат Госдумы, врач Геннадий Онищенко (свое одобрение системы он высказывал и ранее, будучи главой Роспотребнадзора). По его мнению, это может стать логичным продолжением возрождения вытрезвителей. По его словам, более 3 млн россиян имеют установленный диагноз “алкоголизм”. При этом большое количество соотечественников не стоят на учете, хотя фактически больны и зависимы от спиртного. Они не только вредят собственному здоровью, но могут представлять реальную опасность для членов семьи, окружающих.

“Такие граждане требуют принудительного лечения с изоляцией”, — заявлял Онищенко.

В нынешних реалиях подобные учреждения должны иметь базовое государственное финансирование, но их услуги для пациентов стоит сделать платными. Точную копию советского варианта ЛТП делать нецелесообразно –– необходимо изучить передовой опыт других стран, отмечал Онищенко. 

Вадим Винокуров
Член Общественного совета при Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения 

Справочно

По данным МВД, в 2024 году количество зарегистрированных правоохранительными органами наркопреступлений увеличилось на 3,7% (198 043 случаев), их удельный вес составил 10,4% в структуре преступности России (2023 г. — 9,8%). На 43,5% (с 2700 до 3875) выросло число зарегистрированных преступлений в молодежном секторе, связанных с незаконным оборотом сильнодействующих веществ, на 37,5% (с 275 до 378) — с контрабандой запрещенных веществ, на 11,1% (с 850 до 944) — с производством наркотиков и на 4,9% (с 448 до 470) —  с незаконным оборотом прекурсоров. Органами внутренних дел пресечена деятельность 270 нарколабораторий (+20% к прошлому году), в том числе 138 (2023 г. — 127) — по производству мефедрона. По сведениям ФСБ, в 2024 году ликвидировано 154 нарколаборатории, из которых изъято 4,4 тонны синтетических наркотиков. 

Другие публикации в этой рубрике: Пространство дискуссий

Для размещения Вашей информации на портале воспользуйтесь системой "Паблик МЕДАРГО"