Чем чревато, что фармкомпании бросили все усилия на борьбу с раком
Чем чревато, что фармкомпании бросили все усилия на борьбу с раком
16.02.2024 18518
Уже некоторое время в прессе муссируется тема, что в будущем человечество может столкнуться с некой “болезнью Х”, еще более страшной, чем коронавирусная инфекция. Есть мнение, что новая пандемия вспыхнет из-за уже известных бактерий, которые перестанут реагировать на известные антибиотики. Но еще страшнее то, что создание новых антимикробных препаратов фармкомпаниям совершенно невыгодно, поэтому они ими практически не занимаются.
О «болезни Х», которая станет причиной новой смертоносной пандемии, способной унести в 20 раз больше жизней, чем COVID-19, говорилось на Всемирном экономическом форуме 17 января 2024 года. Далее вокруг этой темы возникло настолько много спекуляций, что глава Роспотребнадзора Анна Попова была вынуждена выступить с разъяснением: «Неизвестное, как правило, определяется буквой “Х”. Так и в данном случае это неизвестное. Такого вируса нет и не будет».
Следующая пандемия может разгореться как из-за новых, так и из-за уже известных бактерий, которые перестали “бояться” известные препараты, в том числе, например, гонореи. По экспертным оценкам, она может привести к гибели более чем 50 млн человек. В наши дни инфекционные заболевания уносят до 13,7 млн жизней в год, из которых 5 млн связаны с устойчивостью к препаратам. Даже по самым скромным подсчетам, антибиотикорезистентность является одной из наиболее распространенных причин смерти в мире.
Ежегодно из-за нее гибнет около 700 тыс. человек, утверждает в своем отчете межведомственная группа ООН по борьбе с УПП. Например, в январе 2017 года в США 70-летняя женщина умерла от инфекции, которую вызвала супербактерия, с которой не смог справиться ни один из 26 антибиотиков, разрешенных к применению в Соединенных Штатах.
На то, что крайне сложно стало лечить туберкулез, жалуются фтизиатры. В условиях множественной лекарственной устойчивости, чтобы добиться положительного эффекта, приходится тратить намного больше времени, а, значит, и нагрузка на систему здравоохранения растет.
В качестве справки: на отечественном рынке более 65% антибактериальных лекарств (в пересчете на упаковки) — российского производства. При этом покупатели больше тратят на импортные антибиотики — около 53% рынка в рублях. С каждым годом доля российских антибиотиков увеличивается. К примеру, по итогам девяти месяцев 2020 года отечественные средства этой группы занимали 34% стоимостного объема рынка, а в тот же период 2023 года их доля составила уже 47%. Покупатели в аптеках чаще всего приобретают антибактериальные средства в таблетках и капсулах. Почти 57% на рынке в упаковках занимают именно эти формы. В стоимостном выражении их доля еще весомее — 77%. Инъекционные формы занимают 38,4% всего натурального объема, а жидкие лекарственные формы для приема внутрь — менее 5%.
Казалось бы, что сложного в том, чтобы придумать новый антибиотик? Тем более что с 1940-х годов, когда в СССР впервые получили пенициллин, и до 1994 года арсенал противомикробных препаратов пополнялся регулярно. Однако затем наступил весьма затянувшийся период тишины длиною в 21 год.
«Более 95% всех антибиотиков, которые есть в арсенале современных врачей, были разработаны в 1940-80-х годах, — говорит директор бизнес-подразделения «Госпитальные препараты» Pfizer в России и Беларуси Алмаз Мифтахов. — Прежде всего, дело в том, что их сложно создавать — найти вещество, молекулу, которая будет убивать бактерию и в то же время будет безопасна для человека. На этот процесс влияет фактор устойчивости, так как мы не можем прогнозировать, что будет дальше. Скорость развития антимикробной резистентности выше скорости разработки новых антибиотиков».
Лишь в 2015 году ученые заявили об открытии антибиотика нового типа под названием «теиксобактин». Говорят, он в состоянии уничтожать бактерии, резистентные к другим антимикробным средствам, включая устойчивый к метициллину золотистый стафилококк и туберкулезную микобактерию. Прошло еще восемь лет, прежде чем заговорили о новом открытии. Из микробного штамма бактерии, живущего в песчаных почвах Северной Каролины, был выделен «кловибактин».
Появление новых антибиотиков затруднено не только сложностями технологического характера. Это еще и очень дорого. Затраты на разработку одного лекарственного средства оцениваются более чем в 1 млрд долл., а годовая выручка с продаж, по усредненным оценкам, составит около 46 млн долл.
После открытия «теиксобактина» ученые приступили к разработке способов получения синтетических производных антибиотика. Исследователи из университетов Ливерпуля и Линкольна нашли синтетические заменители для некоторых аминокислот молекулы «теиксобактина», что позволило снизить стоимость материалов для производства антибиотика более чем в 2 тыс. раз и ускорить отдельные этапы технологии производства с 30 часов до 10 минут.
Впрочем, даже вывод препарата на рынок вовсе не гарантирует ему долгую жизнь. Согласно отчету Организации по инновациям в области биотехнологий, 7 из 12 компаний, которые все же смогли за последнее десятилетие коммерциализировать свои проекты, обанкротились в течение года после регистрации антибиотиков или прекратили их выпуск из-за низкого уровня продаж.
Вполне логично, что число крупных фармкомпаний, которые вкладывают средства в разработку антибиотиков, за период с 1984-го по 2012 год сократилось более чем в три раза. Зато компании, специализирующиеся на лечении онкологических заболеваний, в 2020 получили почти 7 млрд долл. инвестиций, что на 900% больше, чем в 2011 году. В то время как исследования антибиотиков привлекли только 160 млн долл. Учитывая, что курс приема антибиотиков длится недолго, а микроорганизмы постепенно вырабатывают устойчивость к лекарствам, конечно, это менее прибыльный рынок по сравнению с противораковыми средствами. Доходы от реализации противоопухолевых препаратов намного выше, к тому же их рынок имеет устойчивую тенденцию к росту. Если в 2022 году объем затрат на лекарства против рака в мире составляли 196 млрд долл., то к 2027 году они достигнут 375 млрд долл.
Внушительные суммы, вкладываемые в борьбу с раком, могут усугубить асимметрию рынка не в пользу изучения антибиотиков. С другой стороны, есть свидетельства, что применение антибиотиков может основательно повлиять на микробиом кишечника, изменив состав до 30% видов его бактерий. Это потенциально снижает эффективность противораковых средств и повышает их токсичность.
Не стоит забывать и о том, что инфекции являются второй по значимости причиной смерти среди людей с онкозаболеваниями. Без новых эффективных антибиотиков число летальных исходов от инфекций только будет расти, ведь бактерии продолжают эволюционировать, а препараты – нет.
Но нет худа без добра. В настоящее время на этапе клинической разработки, по сведениям ВОЗ, во всем мире находится 32 антибиотика. Из них всего шесть относятся к инновационным, то есть к тем, которые потенциально могут уничтожать супербактерии. Насколько эффективными они окажутся, пока говорить преждевременно.
Считается, что снизить затраты на разработку молекулы, сократить время создания антибиотика может помочь технология на основе искусственного интеллекта. Об одном из таких проектов, реализуемых в США, сообщалось в прошлом месяце. Что ж, хочется надеяться.
В России в июле прошлого года объявили о завершении третьей фазы клинических испытаний препарата «фтортиазинон». Созданное на базе Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф. Гамалеи лекарство можно будет использовать для борьбы с устойчивостью микроорганизмов при лечении гнойно-септических и других инфекций. Исследование, в котором приняли участие пациенты с тяжелыми осложненными инфекциями мочевыводящих путей, показало значительное превосходство новой разработки. Предполагалось, что антибактериальный препарат будет зарегистрирован Росздравнадзором еще в декабре 2023 года, но пока в Госреестре лекарственных средств его нет. Его вывода на рынок ждут со дня на день.
Поиском новых антимикробных средств в настоящее время занимаются ученые из лаборатории молекулярной биологии и биохимии Сеченовского университета совместно с коллегами из Индии, Южной Африки и Бразилии. В частности, их интересует разработка инновационных препаратов против микобактерии туберкулеза, кишечной и синегнойной палочки, клебсиеллы пневмонии и золотистого стафилококка.
