29.08.2022 29714

Противопротозойный и противомикробный препарат метронидазо́л стоит не больше 20 руб. за упаковку. Это для людей. Для животных аналогичное лекарство обойдется в 900 руб. за 100 мл. Но лечить медицинскими препаратами четвероногих питомцев ветеринары не могут. В прошлом году СМИ поспешили обрадовать читателей, сообщив, что Госдума приняла в первом чтении законопроект, который снимет этот запрет. На самом деле, проблему доступности ветпрепаратов он не решает, убеждены эксперты.

Итак, медицинский препарат метронидазо́л входит в список жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств (ЖНВЛС). Цены на такие медикаменты регулирует государство, чтобы никто из граждан не остался без лекарственной помощи. В соответствующем государственном реестре стоимость лекарства с таким действующим веществом для производителя начинается от 16 руб. Аптеки вправе делать свои торговые надбавки, которые в разных регионах — разные. Но в любом случае цена в рознице колеблется от 29 до 100 руб. в зависимости от упаковки, лекарственной формы и производителя.

В ветеринарии никакого ЖНВЛС нет. Цены на ветеринарные препараты производители устанавливают самостоятельно, исходя из собственных интересов. И аналогичное средство для животного уже может стоить под тысячу рублей. Само собой, эта цена влияет и на конечную стоимость ветеринарной услуги, для проведения которой лекарство необходимо. После введения экономических санкций услуги подорожали по некоторым позициям на 30-50%.

Так почему бы не разрешить ветеринарам использовать медицинские препараты при лечении животных? Осенью прошлого года в СМИ вышло несколько публикаций, в которых говорилось, что такая законодательная инициатива готова и вскоре будет рассмотрена депутатами. 

Начиная с 2018 года, в России существует два реестра лекарственных средств, которые ведут разные ведомства, пояснил автор законопроекта, первый замглавы Комитета по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Владимир Бурматов. В одном реестре — около 20 тысяч медицинских препаратов, которыми можно лечить людей, а во втором — около 2 тысяч ветпрепаратов, которые используют для лечения сельскохозяйственных животных — грубо говоря, скота. А для кошек, собак, экзотических животных, этот перечень совершенно не подходит. 

Чтобы средство попало в тот или иной перечень и было разрешено для использования на территории страны, необходимо пройти длинную, сложную и недешевую процедуру регистрации. Одно исследование стоит от 100 до 300 млн рублей.

Конечно, у животных есть специфические недуги, а есть “общие” с людьми: некоторые болезни глаз, сердца, органов пищеварения, онкология, рассказывал Бурматов. По факту в ветеринарных клиниках и сейчас используют «человеческие» лекарства в малых дозировках, но это незаконно. Например, для реанимации животных используют адреналин, атропин, допамин, норадреналин, лидокаин — это медпрепараты для лечения людей, их аналогов в ветеринарном реестре просто нет.

В январе 2021 года в Тюмени ветеринарный врач выписал антидепрессант кошке местной жительницы. Женщина пошла в аптеку, но фармацевты отказались продать ей препарат и потребовали документ от психиатра. Никто не подумал, что транквилизаторы нужны не только людям, а у ветеринаров просто нет таких бланков рецептов. Аптеку тоже можно понять: продажа лекарства без рецепта ей грозит штрафом.

При этом, по словам Бурматова, “в других странах позволяется, если заканчивается ветеринарный препарат, переходить на медицинский в малых дозировках, но у нас этого нет”.

Впрочем, есть и противники лечения животных средствами, разработанными для людей.

“Поскольку физиология животных и человека отличается, достоверно известно, что препараты, выведение которых связано с глюкуроновой кислотой, в том числе но-шпа, альбуцид, анальгин, препараты железа — опасны кошкам, а левомизол, препараты цинка и панадол ими не переносятся; нестероидные противовоспалительные средства такие как диклофенак, вольтарен, а также аспирин и парацетамол опасны как кошкам, так и собакам”, — утверждает заместитель генерального директора ООО "ТД "Гудмэн", ветеринарный врач Алексей Коваленко. 

По его словам, таких примеров множество. Поэтому с целью безопасного использования препаратов животным исследования ветпрепараторов проводят соответствующим образом на конкретных целевых видах.

Но дьявол, как известно, кроется в деталях. Для решения проблемы доступности ветеринарных препаратов вышеназванным законопроектом предлагалось лишь упростить процедуру регистрации ветеринарных препаратов. Это совсем не то же самое, что позволить ветврачам пользоваться лекарствами из обычной аптеки.

Просто вместо обязательного отчета о доклинических исследованиях могут разрешить представить результаты доклинического исследования препарата для медицинского применения, а вместо результатов клинического исследования — обзор научных данных о результатах исследований на видах животных, которым этот препарат предназначен. 

“Это отнюдь не разрешение на использование незарегистрированных для ветеринарного применения лекарственных препаратов, — прояснил ситуацию для Medargo.ru Артем Спирин, руководитель учебного и ветеринарного центра “Денталвет” (Москва). — В данной ситуации государство просто пойдет бизнесу навстречу: чтобы сначала он заработал, а уже потом провел все исследования. Но если не будет решен вопрос с разделением животных на продуктивных и непродуктивных, то зарабатывать бизнес будет на нашем с вами здоровье. А нам это надо?”

По словам эксперта, проблема с доступностью ветпрепаратов так и не будет решена до тех пор, пока законодатель не разделит животных на продуктивных и непродуктивных. 

“Сейчас основная проблема в том, что по действующему законодательству и львы, и мыши, и коровы — все животные, — рассказал Спирин. — При регистрации лекарств для ветприменения одним из ключевых моментов в обеспечении безопасности человека при потреблении продукции животного происхождения (мяса, масла, молока, мёда и т.д.) является определение сроков каренции (период выведения остаточных количеств лекарства из организма животного), то есть определение периода времени, в течении которого лекарственный препарат будет выведен из организма”.

С учетом того, что собак, кошек и хомяков мы не едим, для непродуктивных животных такое исследование не проводится, продолжил эксперт. А вот для продуктивных — это, действительно, вопрос принципиальный, потому что вместе со стейком или цыпленком гриль мы можем употребить остатки антибиотика или другого лекарства, которые нам не нужны. 

“При нарушении сроков каренции и употреблении в пищу продуктов животного происхождения, лекарства могут накапливаться в организме человека, что чревато проблемами со здоровьем, — предупредил Спирин. — Поэтому я против того, чтобы разрешать использовать медицинские препараты в сельском хозяйстве. Для лечения мелких домашних животных эти лекарства де факто и так применяют, и было бы неплохо наконец-то определить их статус де юре”. 

Екатерина Штерн

Другие публикации в этой рубрике: Пространство дискуссий

Для размещения Вашей информации на портале воспользуйтесь системой "Public MEDARGO"