22.08.2023 13665

Департамент регулирования обращения лекарственных средств и медицинских изделий Минздрава составил список препаратов из перечня ЖНВЛП, производство и ввоз которых в нашу страну прекращен. В него вошло 196 позиций за период с 1 января 2021 года. Это перечень был разослан по федеральным медучреждениям страны, чтобы врачи могли учитывать это “при назначении лекарств пациентам, используя, в том числе, иные схемы лечения”, сказано в письме.

Письмо направили 27 июля, и за несколько дней оно успело наделать много шума. С одной стороны, уход без малого 200 наименований жизненно важных лекарственных препаратов за 2,5 года звучит весьма угрожающе. В списке оказались также современные и широко используемые антибиотики  («Сивекстро», «Инванз» и «Кубицин»), препараты для лечения онкологических заболеваний (большинство производства израильской компании Teva), стероид «Медрол», препарат от муковисцидоза «Пульмозим» и вакцина против кори М-М-Р II. К тому же в письме упоминаются и некоторые очень популярные у россиян препараты, например, лекарство от кашля АЦЦ, детское жаропонижающее «Панадол», спазмолитик «Но-шпа», ингалятор для астматиков «Сальбутамол» и пастилки от боли в горле «Лазолван». Первая реакция: “Чем теперь лечиться будем?” С другой стороны, дьявол кроется в деталях.

Во-первых, лекарства уходили с рынка и раньше, просто почему-то никто не думал составлять подобные списки и направлять их врачам. По крайней мере, никто из опрошенных мною участников рынка не припомнил такую практику. Почему вдруг решили собрать все наименования и начиная именно с 2021 года, непонятно. Ведь согласно закону “Об обращении лекарственных средств” (ч. 6 ст. 52.1 ФЗ-61), производители лекарственных препаратов обязаны минимум за год предупредить Минпромторг и Росздравнадзор о прекращении их поставок или производства. Этот пункт вступил в силу еще 28 ноября 2018 года. 

Более того, письмо это стало достоянием общественности вовсе не по воле Минздрава. Он его нигде не публиковал. То есть первоначально оно явно предназначалось для служебного пользования. Да и после того, как информация просочилась в СМИ, никаких комментариев от отраслевого ведомства не последовало.

Во-вторых, у многих, точнее у большинства из “ушедших” препаратов есть аналоги, заявил генеральный директор маркетингового агентства DSM Group, член Координационного совета РАФМ Сергей Шуляк. 

“Да, есть полюбившиеся населению лекарственные средства, например, тот же АЦЦ. Что, конечно, россияне воспримут на уровне „ой, как же так“. Но в последнее время большей популярностью пользуется другой препарат от кашля. Или тот же „исчезнувший“ „Диклофенак“ — у нас 200 позиций на рынке. Список действительно большой (от онкологии до простуды), но очень много в этом документе генериков, так что при беглом прочтении списка нет катастрофы”, - подчеркнул эксперт. 

По его словам, не стоит забывать и о том, что некоторые лекарственные формы и препараты уходят с рынка, потому что наука не стоит на месте, и появляются более эффективные способы лечения. В частности, в этом июльском списке есть продукт, который прекратил выпускать российский „Биокад“, потому что появился более современный препарат”. 

В этом списке нет ничего особенного, убежден председатель Московского городского научного общества терапевтов Павел Воробьев. Это обычный процесс: заканчивается регистрация одних препаратов, начинается регистрация других. 

“Это все препараты, которые выпускаются десятками наименований с одним и тем же действующем веществом, - подчеркнул Воробьев. - Там нет ничего незаменимого. Это все в рамках нормальной практики. Регистрация конечна, она прекращается рано или поздно. Важно не путать химические вещества и готовые препараты. Вещества у нас остаются. Например, «Парацетамола» существует 200 разных наименований. Если 100 из них не будет, то что, страна встанет и перестанет лечить?

А вот его коллега, врач-терапевт Алексей Кожевников, напротив, считает ситуацию сложной, а тенденцию — пугающей. Все потому, что каждое назначение препарата пациенту теперь превратилось в настоящий квест. Врачи вынуждены заходить на сайты крупных агрегаторов и узнавать есть ли в наличии нужный препарат, можно ли его еще купить в России, присутствует ли он вообще еще на нашем рынке, объяснил доктор. 

К примеру, пропал один из самых известных препаратов (группа антибиотиков), применяемый для лечения ЛОР патологий и заболеваний верхних дыхательных путей, рассказывает Кожевников. Просто исчезла суспензия и врачи были вынуждены искать замену из других групп антибиотиков. И это все усугубляется пересудами о возможном введении тотального использования рецептурных бланков для выписки практически любого лекарственного препарата. 

“Этот тренд с рецептами, не сомневаюсь, приведет к коллапсу во всех направления врачебной деятельности. Люди будут просто приходить за рецептами, нагружая врачей, занимая их время и отвлекая их от истинных пациентов”, — отмечает эксперт.

Есть мнение, что отсутствие стольких важных препаратов чревато нелегальным ввозом лекарств из-за границы и появлением большого количества контрафакта на рынке. Что ж, такие случаи сегодня действительно не редкость, о чем я много раз уже писал. И пока у нас нет практики привлечения к ответственности за такие “шалости”, такие товары будут продолжать всплывать в сети интернет.

Но самое интересное, что уже спустя несколько дней после рассылки письма Департамент отозвал его без объяснений, якобы для “уточнения”, однако с тех пор его так и не последовало. Так что продолжение следует…

Вадим Винокуров

Другие публикации в этой рубрике: Пространство дискуссий

Для размещения Вашей информации на портале воспользуйтесь системой "Public MEDARGO"