Еда, которая «выключает» гены: что связывает микробиом и здоровое долголетие
Еда, которая «выключает» гены: что связывает микробиом и здоровое долголетие
13.07.2026 3718
У двух людей одинаковый обед может дать абсолютно разный эффект: у одного он быстро усвоится, а у другого вызовет тяжесть, скачок сахара или активирует ген, который ассоциируется с серьезным заболеванием. Именно поэтому сегодня универсальные советы по правильному питанию отходят на второй план, а на первый план выходит работа с микробиомом. Персонализированный подбор рациона — не просто способ контролировать вес, но и важный компонент стратегии здорового старения.
«Довольно долго говорили, что диеты — идеальный путь к здоровому долголетию и к сохранению здоровья. Сегодня мы понимаем, что это не совсем так, — рассказала заместитель руководителя аппарата правительства Российской Федерации Ольга Кривонос, выступая на форуме «Россия и мир: тренды здорового долголетия». — Да, можно поправить свое метаболическое равновесие, но это даст кратковременный эффект. Главное все же — не количество белков, жиров, углеводов. Сегодня мы должны оперировать такими терминами, как биохимия питания».
Что лежит в основе индивидуализированного питания человека? По словам Ольги Кривонос, это четыре основных блока: геномика питания, микробиом, микробиота человека.
Нутригенетика — наука о том, как наши гены влияют на реакцию организма на пищу. Проще говоря, она отвечает на вопрос: почему один человек нормально переносит молоко, а у другого после него появляются вздутие и дискомфорт; почему одних кофе бодрит, а другие не могут без него заснуть; почему один человек пьянеет после одного бокала вина, а другому и бутылки мало. Ученые уверяют, что генетика влияет не только на скорость опьянения, но и на риск формирования привычки к алкоголю.
Даже то, какую еду мы любим, а какую — нет, заложено в генах. За это отвечают ни много ни мало 325 различных генов.
Нутригеномика изучает обратный процесс: как еда влияет на активность генов. Оказалось, крестоцветные растения, к которым относятся разные виды капусты, редис, редька, репа, рукола, кресс-салат, хрен, горчица, васаби и так далее, активируют гены защиты от рака. Оливковое масло блокирует гены воспаления. В куриных яйцах, шпинате, печени, бобовых содержатся источники метильных групп — фолиевая кислота, холин, метионин, — которые помогают «выключать» патологические гены, связанные с сахарным диабетом и ожирением.
Полиненасыщенные жирные кислоты, источниками которых являются оливковое масло, тунец, лосось, семечки, оказывают благоприятное воздействие на нервную и сердечно-сосудистую системы, снижают уровень холестерина за счет активации гена PPAR (помогает организму "настраивать" обмен жиров и сахара).
Иван-чай дает генам команду снизить выработку белков, которые вызывают воспаление. Другие компоненты растения блокируют работу гена, который заставляет мужской гормон тестостерон превращаться в опасную форму. Это оберегает здоровье простаты. Экстракт кипрея «усыпляет» гены, которые производят ферменты, разрушающие коллаген. В итоге кожа дольше остается упругой.
Нутригеномика — это еще и элемент управления биологическим возрастом, отметила эксперт.
Важно понимать: пища не может «переписать» ДНК, но она способна менять то, насколько активны те или иные гены, пояснила Ольга Кривонос. Для этого в науке существует термин «метилирование ДНК».
Метилирование ДНК означает добавление крошечной химической метки (метильной группы) к участку ДНК. Сам генетический код не меняется, но это работает как «выключатель» или пианист, нажимающий на нужные клавиши. Метка указывает клетке, какие именно гены нужно «включить», а какие — «выключить».
Микробиом — совокупность всех микроорганизмов, живущих в организме человека, прежде всего в кишечнике, а также их генетический материал и продукты жизнедеятельности. Микробиота — сами микроорганизмы: бактерии, грибки и другие «соседи» в кишечнике.
Доказано, что именно микробиом играет огромную роль в пищеварении, иммунитете, обмене веществ и в механизмах старения и долголетия. Кишечник и нервная система постоянно обмениваются сигналами через гормоны, иммунные механизмы, блуждающий нерв и вещества, которые вырабатывают бактерии. А серотонин, который многим известен как гормон счастья, отвечает не только за настроение и реакцию на стресс, но и за моторику кишечника. 90–95% серотонина вырабатывается именно в кишечнике.
«Есть методы измерения серотонина в крови, так что можно определить, когда он на низком уровне, — сказала Ольга Кривонос. — Но не для того, чтобы незамедлительно начинать принимать какие-либо препараты, а чтобы заняться исследованием микробиома кишечника».
Она также рассказала о новом направлении — симбиозе нутригенетики и фармакогенетики. Фармакогенетика — наука о том, как гены влияют на реакцию человека на лекарства. Она пытается разобраться, почему одни пациенты хорошо переносят стандартную дозу, а другим она оказывается слишком высокой или слишком слабой. Когда фармакогенетика сочетается с нутригенетикой, врачи получают более полную картину: как организм воспринимает и пищу, и лекарства, и их сочетание.
В рамках программы развития генетических технологий, утвержденной указом президента Владимира Путина, в России созданы пять центров по генетическим технологиям. Один из них занимается вопросами подбора тех или иных лекарственных препаратов и их эффективного применения, а также изучением связи между пищей и действием лекарственных препаратов.
«Некоторые пациенты постоянно принимают лекарства. Если они делают это после приема пищи, механизм воздействия данных препаратов может заметно измениться. В будущем персонализировано смогут подбирать не только схемы приема, но и дозировки лекарств с учетом индивидуальных особенностей и пищевых привычек», — анонсировала Ольга Кривонос.
По ее словам, к 2029 году планируется создать первый российский реестр лекарственных препаратов и продуктов питания, которые на них влияют. Пока такие списки есть лишь в зарубежных научных работах.
Почему важно иметь собственную базу данных? Потому что, как выяснило ФМБА России, многие генетические варианты, которые в зарубежных исследованиях связывали с долголетием, для российской популяции не имеют такого большого значения. Проще говоря, то, что работает или часто встречается у долгожителей за рубежом, не обязательно так же подходит жителям нашей страны. Такие выводы были сделаны после изучения геномов 5 тыс. россиян старше 90 лет из десяти регионов.
«В конечном счете наша задача — не просто продлить жизнь, а сохранить ее качество: активность, самостоятельность, когнитивное здоровье, физическую форму, социальную включенность. Питание является одним из ключевых инструментов, но оно должно быть встроено в общую систему профилактики и здорового долголетия. Правильное питание — это не разовое назначение, а процесс», — подчеркнула Ольга Кривонос.
То, как мы спим, тоже зависит от микробиома, продолжила тему главный врач клиники превентивной медицины Института биологии старения и медицины здорового долголетия Российского научного центра хирургии имени академика Б.В. Петровского Инна Решетова. А сон — не менее важный фактор продления здоровой жизни, чем питание.
Научные исследования показывают, что режим питания, особенно время приема пищи, может влиять на микробные ритмы и обмен веществ, а значит — косвенно и на сон.
«Совсем недавно вышел обзор: у долгожителей выявили определенный пул желчных кислот, — сообщила Инна Решетова. — По ним можно судить, насколько долго будет жить человек. В этой функции тоже участвуют наши бактерии».
В декабре 2025 года в России впервые в мире на государственном уровне появилась возможность исследовать микробиом кишечника в рамках программы госгарантий, констатировала эксперт. Благодаря этому российские врачи уже имеют возможность применять современные подходы к коррекции питания и давать пациентам персонализированные рекомендации.
«Сегодня много говорится о хронобиологии пищеварения, — заявила Инна Решетова. — Ферменты у человека вырабатываются в определенное время, пик приходится на период с 10 до 16 часов. Поэтому основной прием пищи должен происходить в это время. Какой бы правильной, сбалансированной ни была пища, если она будет принята в 22–23 часа, то, к сожалению, пользы она не принесет».
Справедливости ради добавлю, что нутригеномика пока что находится в стадии развития. На текущий момент недостаточно накоплено доказательств, чтобы однозначно рекомендовать всем срочно пройти генетические тесты и получить индивидуальные рекомендации. Вдобавок большинство заболеваний и метаболических особенностей полигенны, то есть зависят от множества генов и взаимодействия с окружающей средой. Прибавьте к этому национальные особенности, которые тоже мало изучены. Поэтому не стоит делать ставку на одну нутригеномику. Это не панацея, а лишь один из инструментов, который может помочь лучше понять особенности своего организма и использовать эти знания себе во благо.
Вадим Винокуров, Член Общественного совета при Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения
