29.07.2024 11936

В условиях военных действий дети испытывают многочисленные травматические воздействия. Если вовремя не “проработать” страхи и травмы, последствия могут проявиться во взрослом возрасте в виде алкоголизма, наркомании, депрессии. Как бережно обсуждать страшные события, как распознать у ребенка травму, как помочь справиться с нею, в рамках волонтерского проекта “Возвращение” рассказали психологи-консультанты, специалисты по работе с эмоционально зависимыми клиентами, с последствиями военной травмы и ПТСР Екатерина Палеева и Ирина Погорельцева.

Как проявляется ПТСР у детей

Екатерина Палеева: Дети — одна из наиболее уязвимых групп с точки зрения психологической травматизации и развития посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). 

Дети, которые пережили бомбардировки, вживую видели, как рушатся дома, в которых они проживали, прятались в подвалах, слышали “воздушные сирены”, демонстрируют более выраженные симптомы ПТСР и страхи. Травматизация может происходить и в том случае, если ребенок видел это все в соцсетях, на экране телевизора. Но если он сам прошел через это, то риск возникновения посттравматического стрессового расстройства у него намного выше.

Психологи выделяют целую иерархию психологических травм у детей и подростков, связанных с военными действиями. Это и личная травма, травма свидетеля, травма потери собственности, потери дома, потери близких. 

Ирина Погорельцева: Я — взрослый, у которого был подобный опыт в детстве. Мои отец и дядя были в Афганистане. Последний оттуда не вернулся, но я узнала об этом от постороннего человека. Однажды мои родители уехали куда-то “по делам”, а я пошла на урок музыки. И неожиданно моя преподавательница спросила меня: “А как погиб твой дядя?”. Позже я поняла, что родители уехали на похороны. Видимо, мне ничего не говорили, желая уберечь меня. Я бежала с урока музыки и всю дорогу плакала. Когда родители вернулись домой, я стала задавать им вопросы по поводу того, что случилось. Но мама, вместо того, чтобы объяснить мне, сказала: “Иди учи уроки, все нормально”. Это событие очень повлияло на меня, и последствия этой травмы проявились, когда я уже была взрослой.

Екатерина Палеева: Исследования показывают, что тяжелые последствия могут наблюдаться спустя много лет. Например, снижение симптомов у детей, которые пережили бомбежку, отмечалось лишь через два года. А у детей, которые вовремя не получили психологическую помощь, симптомы сохранялись 7, 8, 10 лет. 

Переживания, которые дети испытывают в подобных ситуациях, противоречат базовым потребностям: в росте, в развитии, в безопасной и предсказуемой среде. Поэтому пребывание ребенка в условиях войны или столкновение с ее последствиями включает не только немедленную реакцию на стресс, но и риск возникновения ПТСР. Происходит ухудшение не только психоэмоционального, но и физического состояния. Это объясняется тем, что в силу своих возрастных характеристик дети еще не могут производить самостоятельную психологическую переработку негативного опыта, противостоять негативным факторам. 

Из-за состояния постоянного напряжения ребенок перестает видеть перспективу жизни, потому что он не знает, что может произойти через минуту, через час, через день. Нередко он теряет интерес к своей привычной деятельности. Психотравмирующие события могут стать причиной остановки личностного развития ребенка.

Как я говорила раньше, из-за незрелости психики ребенок не в состоянии полноценно понять весь смысл того, что произошло. Он просто запоминает саму ситуацию и свои чувства в тот момент. В его память врезают какие-то звуки, запахи, слова. И если во взрослом возрасте, он снова сталкивается с этими звуками, запахами, словами, то зачастую заново переживает травмирующие события.

На что обратить внимание взрослым, чтобы не “прозевать” травму и вовремя обратиться за помощью?

Если это маленький ребенок, то у него отмечается стремление к однообразным играм с использованием предметов, имеющих отношение к психотравме. Дети могут постоянно рисовать рисунки с аналогичной тематикой, проигрывать одни и те же сюжеты. У детей дошкольного возраста часто развиваются страхи разлуки с родителями. Ребенку невыносимо оставаться дома одному, он боится незнакомцев, происходит утрата имеющихся навыков, наблюдается раздражительность. У детей старшего возраста появляются проблемы в учебе и в общении, поведение от депрессии до агрессии. Все это может сопровождаться соматическими проявлениями: нарушениями в работе тела, которые медицина объяснить не может. 

Бывает, что дома ребенок ведет себя так же, как и обычно, тогда как в детсаду/школе его поведение резко выходит за привычные рамки. Так что в идеале на любые изменения, о которых мы говорили выше, следует обращать внимание не только родственникам, но и преподавателям, воспитателям. 

Как ПТСР может отразиться на взрослой жизни 

Екатерина Палеева: Если у ребенка не хватает собственных сил для того, чтобы преодолеть стресс, и ему никто не помог преодолеть его, то определенно произойдет болезненная фиксация на самой травме. Когда он подрастет, зафиксированная травма будет мешать управлять ему своей жизнью, своей личностью. Коварство заключается в том, что при повторении определенной стрессовой ситуации, человек будет попадать именно в тот возраст, когда с ним это произошло, испытывать те же чувства. 

Возникает замкнутый круг стресса, тревоги и подавления чувств, эмоций и невозможности вообще как-то с этим справиться. В итоге человек привыкает к тяжелой жизни, потому что он не знает, что бывает иначе. Прямые последствия этих фиксированных травм во взрослом возрасте: хроническая депрессия, алкогольная и наркотическая зависимости, игромания, увлечение экстремальными видами спорта, другие проявления рискового поведения. 

Как помочь ребенку

Ирина Погорельцева: Что могут сделать педагоги? Как минимум, сигнализировать о своих подозрениях психологу (во многих детсадах и школах они есть в штате), родителям, администрации учебного заведения. Например, в школе можно было бы организовать цикл встреч для детей с такими симптомами с психологами, которые специализируются на ПТСР, военной травме. Мы бы с удовольствием откликнулись на такое предложение в рамках нашего волонтерского проекта и побеседовали бы с ребятами.

Когда мой папа исполнял “свой интернациональный долг”, мама очень изменилась: стала раздражительной, злой. У нее не получалось сохранять стабильность. Свою злость она срывала на мне. И поскольку со мной никто ни о чем не говорил, но я чувствовала, что что-то не так, что над семьей нависла какая-то угроза, я замкнулась в себе. Я скрывала свои переживания и жила с чувством вины. Я убедила себя, что папа уехал, потому что я плохо себя вела, недостаточно хорошо училась. 

У детей в подобной моей ситуации часто отмечаются трудности с положительными эмоциями: “Как я могу радоваться и наслаждаться жизнью, когда мой отец каждую минуту может погибнуть?!” 

В завершении хочу сказать, что страхи боятся смеха. Меня в свое время спасли комедии, которые дедушка смотрел вместе со мной со словами: “Твой папа очень любит этот фильм”. Мы смотрели их, смеялись, и мне было действительно легче на душе. Это очень простой и доступный метод, не стоит его недооценивать.

 Екатерина Палеева: Важно не скрывать от детей происходящее. Но помните одно из основных правил поведения в случае разгерметизации кабины самолета? Сначала одеваем кислородную маску на себя, а потом — на ребенка. Если вы чувствуете, что раздражены, что все ваши мысли о муже, сыне, которые на СВО, что у вас нет ресурса для создания поддерживающей среды для своего ребенка, имеет смысл обратиться за помощью к профессионалам. Сначала  стабилизировать свое здоровье, свое состояние. Ну или можно получать такую помощь параллельно: один психолог работает с родителями, другой — с детьми. Разговаривать нужно с учетом возраста ребенка, чтобы ему было понятно. 

Желательно найти совместное хобби или занятие, которое вы можете делать вместе. Поливать цветы, читать вслух, готовить завтрак. В процессе стоит поинтересоваться, как ребенок себя чувствует, что его тревожит. 

Если он не хочет распространяться о своих чувствах, можно аккуратно и тактично поделиться своими наблюдениями и переживаниями: “Я заметила, что в последнее время ты стал грустным. Меня это беспокоит”. Иногда детям помогает, если взрослый им говорит, что бояться, тревожиться в текущей ситуации естественно: “Я тоже боюсь. Давай будем бояться вместе”. Другими словами, давай я буду рядом с тобой, и если что, имей в виду, я тебе помогу.

Желательно заранее подготовиться к диалогу, к сложным вопросам. Почитать литературу на эту тему. Если вы уже обратились за помощью к консультанту-психологу, можно обсудить предстоящий разговор со своим ребенком со специалистом, посоветоваться, как это правильнее сделать. 

Общая рекомендация: уделять детям больше внимания, помогать им, создавать теплые, доверительные отношения, безопасную атмосферу. С одной стороны, не надо давить на ребенка. Если он не хочет пойти на занятие любимого “кружка” или поехать с классом на экскурсию, позвольте ему этого не делать. С другой стороны, не стоит трястись над ребенком, как над хрустальной вазой. Ему важно понимать, что у него тоже есть зона ответственности, обязанности по дому. Скажите ребенку, что любите его, поддержите и покажите ему, что жизнь продолжается. 

Другие публикации в этой рубрике: Чувство Родины

Для размещения Вашей информации на портале воспользуйтесь системой "Паблик МЕДАРГО"