30.12.2019 23406

Сухопутный путь морской рыбы к нашему столу начинается в портах, в том числе и в самом северном из незамерзающих портов России. На вопросы нашего корреспондента отвечает управляющий АО «Мурманский морской рыбный порт» (ММРП) Олег Креславский.

– Олег Игоревич, первый вопрос, который хотелось бы вам задать, волнует, думаю, очень многих россиян. Когда мы отказались от закупок рыбы у маленькой Норвегии, цены сразу же выросли, причём значительно. Почему? У нас не хватает рыбаков? У нас нет необходимой инфраструктуры? Или же, наоборот, есть что-то лишнее?

– У высокой цены на рыбу целый комплекс причин. Первая – распался Советский Союз с его плановой экономикой и регулируемыми ценами. А значит, ушли в прошлое и гигантские рыбопромысловые флоты, ловившие рыбу от Арктики до Антарктиды. Вторая причина – ещё в 90-х наши рыбаки открыли для себя норвежские порты с их минимумом контролирующих органов, высоким уровнем сервиса и, главное, более привлекательными ценами на рыбу. Многие суда передислоцировались туда. А, как известно, один рыбак в море кормит нескольких человек на берегу. Это докеры, рыбопереработчики, судоремонтники и прочие участники цепочки. Поскольку судов стало заходить мало, то в Заполярье практически загнулся судоремонт, из-за нехватки сырья закрылись многие перерабатывающие компании, а порту не хватало средств на обновление инфраструктуры. Через несколько лет рыбаки стали говорить: «Зачем нам идти в Мурманск? Рыбу сдать некуда, суда не отремонтировать, докеры выгружают медленно, а контролёры всех мастей не дают житья». Возник замкнутый круг: рыбаки заходят редко, так как их не устраивает уровень сервиса, а уровень сервиса падает, потому что рыбаки заходят редко…

– И до сих пор так?

– В последние годы ситуация стала улучшаться. Например, для контролирующих органов введён жёсткий регламент проверки – не более трёх часов, в Мурманском морском рыбном порту обновляется техника, выросла скорость выгрузки. Но многие рыбопромышленники по-прежнему предпочитают выгружаться в Норвегии, Голландии, на Фарерах. Ведь падение курса рубля сделало цены на западных рынках ещё привлекательнее.

Чтобы исправить ситуацию, нужна комплексная госполитика, направленная и на развитие портов, и на расширение возможностей сервиса для рыбаков. И нужны, наверное, заградительные тарифы на вывоз сырья и, наоборот, льготные на вывоз переработанной продукции. Это заставит рыбаков везти уловы в родные порты и поддержит отечественную переработку.

– Представим ситуацию: автомобиль принадлежит одному человеку, а колёса на этом же автомобиле – другому. Абсурд! Но выясняется, что Мурманскому морскому рыбному порту не принадлежат его же причалы… Это действительно так? Какой гений такое придумал?

– На самом деле, это требование федерального законодательства, причалы – госсобственность. Вопрос в его реализации. Пока рыбный порт был государственным предприятием, он свободно распоряжался причалами. В 2005 году ФГУП «Мурманский морской рыбный порт» было акционировано, а причалы получило в доверительное управление. В 2016 году после приватизации этот формат распоряжения госсобственностью сохранился. Однако новые владельцы порта прекрасно понимали, что денег, которые предприятие получало в рамках доверительного управления причалами, категорически не хватало на их ремонт и модернизацию.

– Какой выход вы предложили?

– В 2017 году мы разработали проект концессии по причалам, планируя солидные капиталовложения в их реконструкцию. Проект получил одобрение в Минэкономразвития РФ, и его должно было рассмотреть Росимущество. Вместо этого Росимущество досрочно расторгло с ММРП договор доверительного управления! И в феврале 2018 года передало причалы в распоряжение ФГУП «Нацрыбресурс», которое подчиняется Росрыболовству. Росимущество и Росрыболовство ссылались на пример Дальнего Востока, где это ФГУП собирает с портовиков деньги за аренду и вкладывает их в ремонт. На самом деле дальневосточный опыт показывает: «Нацрыбресурс» неудачно распоряжается госсобственностью и мало ремонтирует причалы. Это отмечала Счётная палата РФ, а полпред президента по ДФО Юрий Трутнев прямо называл «Нацрыбресурс» вредительской организацией.

– И что дальше?

– Решение Росимущества разрушило единый комплекс оказания услуг рыбопромысловым судам. Ведь мы не просто выгружаем рыбу, а оказываем услуги по её хранению, снабжаем суда топливом, водой, электроэнергией, связью, вывозим мусор. И, естественно, оказываем услуги по постановке и швартовке судов. Но получать деньги за это захотел новый распорядитель причалов. Дальше – больше. В ноябре 2018 года «Нацрыбресурс», понимая, что ремонты потребуют больших средств, а на одной швартовке не заработать, сдал часть причалов в аренду третьим лицам. При этом было нарушено право ММРП на бесконкурсное получение причалов в аренду. Оно проистекает из ФЗ «О защите конкуренции» и «О морских портах», ведь у инфраструктуры порта есть неразрывная технологическая связь с причалами. На них стоят наши краны, расположены подкрановые пути и коммуникации, по которым идёт снабжение судов, рядом – наши холодильники. «Нацрыбресурс» согласился, что неразрывная связь есть, но потребовал подтвердить её заключением Росморречфлота. И, не дожидаясь, пока оно поступит, провёл конкурсы по аренде.

– И это привело к конфликту?

– Разумеется. Руководству ММРП приходится через суд понуждать «Нацрыбресурс» и его арендаторов к заключению соглашения о непрерывном обслуживании судов. ФГУП и его партнёры мешают проведению учений по борьбе с разливами нефти, не дают принимать суда, многочисленными жалобами в надзорные органы пытаются дезорганизовать работу ММРП. Периодически занимают причалы судами с генеральными грузами, мешая выгрузке траулеров. Теперь капитан судна, приходя в порт со свежим уловом, должен запросить разрешение на постановку у «Нацрыбресурса» или арендаторов причалов, а у порта запросить краны и докеров. И то не факт, что напротив наших холодильников будет свободный причал. По сути, это нарушение федеральной установки на рост грузооборота и объёмов рыбопереработки.

– Вы пытались оспорить конкурсы по аренде в суде?

– В мае 2019 года Росморречфлот всё-таки выдал заключение о наличии неразрывной технологической связи между инфраструктурой порта и причалами. Мы тут же подали в суд. В октябре арбитражный суд удовлетворил иск ММРП о признании конкурса об аренде причала № 44 недействительным! Значит, арендатор должен вернуть его «Нацрыбресурсу», а тот передать их порту на каких-либо условиях. Если будут признаны недействительными и конкурсы по другим причалам, то окажется, что ФГУП заигралось с госсобственностью.

– «Нацрыбресурс» обещают сделать «системообразующим предприятием рыбной отрасли». Не напоминает ли это образование госмонополию?

– На примере нашего порта видно, что государственное вмешательство в экономику не всегда приносит добрые плоды. В последние годы под госуправлением ремонт объектов порта практически не проводился, о модернизации вообще не было речи, имущество распродавалось за копейки или сдавалось в аренду на странных условиях, не были доведены до конца процессы оформления земельных участков. И лишь приватизация вернула ММРП к жизни. Что до «Нацрыбресурса», то не берусь оценивать его вклад в другие сферы рыбного хозяйства. Достаточно того, что происходит у нас. Увы, глава Росрыболовства Илья Шестаков фактически поддерживает «Нацрыбресурс» в этом конфликте. На майском совещании, прошедшем в управлении ММРП, он заявил, что концессии в порту не будет. То есть, глава рыбной отрасли России просто проигнорировал положительные изменения, происходящие у нас.

– Кстати, об изменениях. Что сегодня представляет собой Мурманский морской рыбный порт? Что отличает его от других портов нашей страны и зарубежья?

– Это самый большой рыбный порт на северо-западе России. Мы принимаем транспортные и промысловые суда, переваливаем рыбу и морепродукты. Наши холодильные мощности – свыше 35 тысяч тонн единовременного хранения. И сейчас мы проектируем ещё один холодильник.

За три с половиной года в ремонты и модернизацию инфраструктуры ММРП вложено 786 миллионов рублей. Для сравнения – в последние пять лет госуправления объём инвестиций в порт составил всего 56 миллионов. Мы отремонтировали краны и подкрановые пути, третий холодильник, тепловозы, буксиры, главную дорогу Южного грузового района. Модернизировали и аккредитовали санитарно-экологическую лабораторию. Почти полностью обновили парк погрузчиков, приобрели два портальных крана. Это первая такая покупка за 20 последних лет! Впервые капитально отремонтированы бытовые помещения для докеров, включая сауну, что очень важно после смены на ветру или морозе. Увеличили штат докеров, изменили организацию перегрузочных работ. Эти меры принесли результат. Как показала мойвенная путина 2018 года, скорость обработки больших транспортов с рыбой выросла в 1,8 раза. Набранный темп старались не снижать и в этом году. Например, в октябре подготовили новую площадку для хранения грузов, а на днях получили новую партию погрузчиков. Так что Мурманский морской рыбный порт продолжает развиваться, несмотря на попытки некоторых ставить нам палки в колёса. Дело за малым – рыбой!

Источник : Ссылка

Другие публикации в этой рубрике: Новости

Для размещения Вашей информации на портале воспользуйтесь системой "Паблик МЕДАРГО"